Не успела я написать о том, что дело явно близится к осени, как и впрямь посвежело. Заметно.
Вечера у нас в графстве Оранж теперь не то чтобы чуть холоднее по сравнению с летними, как в начале сентября, а действительно холодные. По утрам на улице туман: пока еще не такой сильный, как зимой, когда контраст между дневными и ночными температурами особенно велик, но разница все же чувствуется. Так глядишь и до дождя дело дойдет.
Эти фотографии, последние в серии репортажей о Темекуле, как я уже теперь понимаю, были сделаны в конце лета. Наша поездка в соседнее графство, Риверсайд, где и находятся винодельни, пришлась на один из последних действительно жарких викендов. Тут, в Южной Калифорнии, неизменно солнечные осень и весна, и только несколько дней в году, зимой, идет дождь. Тем не менее, температура от сезона к сезону меняется. Теперь уже значительно холоднее по вечерам и не так уж жарко днем.
В Cha For Tea отвратительная еда и самый лучший миндальный чай. В той кафешке в Ирвайне, куда мы заскочили сегодня, я бываю редко — примерно раз в год, но всегда заказываю именно его.
Ну вот, готова еще часть фотографий. Как я уже упомянула, наша вторая большая остановка в Темекуле была в Foote Print Winery. Честное слово, меня все время не покидало чувство, что я в российской глубинке, где-нибудь в Краснодаре. Все-таки деревня она и есть деревня: все фермеры чем-то неуловимо похожи друг на друга, все деревенские дома одинаковы, не говоря уже о молодых пугливых сельских лошадях, которые одинаково колченоги и по ту, и по другую сторону океана.
Второй большой остановкой в путешествии по Темекуле у нас была винодельня Дина Фута. Ощущения — совсем не те, что в буржуазно-коммерческом винном клубе PONTE. Почти все время, что мы провели на его ферме, мы были единственными посетителями.
Сегодня ездили завтракать во французкое Lulu’s Cafe, которое я очень рекомендую. С утра найти столик без звонка будет несложно, но попасть в Lulu’s вечером, не позвонив заранее, практически невозможно. Если вам повезет, то на другом конце провода окажется приветливая женщина с французским акцентом. Это сама Лулу.
Темекула — это город хронически нетрезвых водителей. Тут под каждым вторым столбом растет какой-нибудь каберне, каждое третье здание — винный магазин, и каждый первый положительно нетрезв уже к обеду. По этой причине здесь на каждом мало-мальски значительном перекрестке сверху стоп-знака для верности установлен светофор. Ничего подобного в массовом порядке я не наблюдала нигде в округе.
В наших сельских графствах мало русских. То есть, конечно, они есть, но проживают не так сосредоточенно, как в некоторых кварталах Нью-Йорка или в Лос-Анджелесе. Тем не менее, я уже неоднократно торжественно обещала себе: не говорить ничего неоднозначного и ужасного на родном языке в публичных местах в расчете на то, что все равно ведь никто не поймет.